EN | RU
Контакты
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли пароль?
Регистрация
Авторизация
 
Главная
О Журнале
Проекты
Партнеры
Реклама
Архив журнала
Блоги
Темы для обсуждения
Проект- Электронное Портфолио
 

 
 
 
 
     
DFJ-VTB Aurora – новая ступень сотрудничества с Россией» DFJ-VTB Aurora – новая ступень сотрудничества с Россией»
Саша Джонсон

Саша Джонсон является представителем в Силиконовой долине самой крупной венчурной сети фондов Draper Fisher Jurvetson; именно с ее помощью было организовано новое партнерство между ВТБ и DFJ.

Досье:

РОСНАНО, группа ВТБ создают DFJ-VTB Aurora - фонд нанотехнологий и инноваций с участием международного лидера венчурного рынка Draper Fisher Jurvetson (DFJ). Общий размер фонда на первом этапе составит $100 млн., из которых $50 млн вложит РОСНАНО и $50 млн – ВТБ.

Новые фонды имеют стратегическую значимость в свете реализации программы развития инновационных технологий в России и развития российской экономики в целом. Использование международной экспертизы в области венчурного и инновационного инвестирования в инновационные проекты и обеспечение трансфера передовых международных технологий в Российскую Федерацию позволят отечественным компаниям выйти на зарубежные рынки. Инвестирование в перспективные быстрорастущие компании в сфере нанотехнологий на территории РФ обеспечит стимулирование развития инфраструктуры российского рынка.

Задачи международного фонда DFJ-VTB Aurora будут включать в себя привлечение инвестиций и зарубежных технологий на российский рынок, а также адаптации российских технологий на зарубежных рынках в соответствии с международными стандартами.

РОСНАНО и ВТБ выступят стратегическими инвесторами проект. Дионис Гордин, управляющий директор, член правления РОСНАНО: «DFJ-VTB Aurora – первый международный проект российского венчурного бизнеса с участием РОСНАНО. Сотрудничество с такими крупными игроками рынка, как группа ВТБ, второго по величине финансового института России и одной из лучших в венчурном управлении компании DFJ создает уникальные предпосылки для успеха проекта».

Юрий Соловьев, Президент ВТБ Капитал: «Данный проект является важным этапом в развитии международного сотрудничества в области нанотехнологий. Создание фонда позволит использовать в России передовую мировую практику и привлечь новые ресурсы».

Timothy C. Draper, соучредитель и управляющий директор DFJ, ведущего международного фонда венчурных инвестиций, основанного в Силиконовой Долине: «Темпы развития новых технологий и работы в области интеллектуальной собственности России действительно впечатляющие. Мы стремимся привнести опыт команды DFJ в сфере венчурных инвестиций, и очень рады сотрудничеству с ведущими игроками российского рынка — группой ВТБ и РОСНАНО. Мы уверены, что наше взаимодействие поможет российским предпринимателям вывести высокие технологии на международный рынок».

«Новые фонды будут инвестировать в высокотехнологические российские компании.

Помимо привлечения инвестиций во вновь создаваемые бизнесы фонды намерены развивать сотрудничество с крупнейшими игроками рынка венчурных инвестиций»

АI: Женщина- предприниматель в России – это уже событие. как сегодня мыслит женщина- предприниматель? и как удается быть сразу на двух континентах?

Для меня никогда не существовало деления предпринимателей с точки зрения «мужчина и женщина». На самом деле я считаю, что если ты бизнес-человек, то важно, что и как ты делаешь своими руками. Это – важно! Конечно, я не отрицаю, что есть разница между мужчиной и женщиной в бизнесе, как-то исторически сложилось, что в венчурном капитале женщин немного, даже если посмотреть на сеть фондов в разных странах (Израиле, Великобритании и т.д.), и тем более женщин-партнеров в этих фондах нет. Но в бизнесе я такой же член команды, как и все, может, иногда я на что-то и реагирую более эмоционально – против природы не пойдешь (как говорит одна моя любимая женщина -предприниматель: «Плачу и делаю!»). Но, с другой стороны, мне легче общаться с предпринимателями, чем многим мужчинам. А вот на российском рынке предпринимательства сильных женщин очень много! Для меня примером всегда была Патриция М. Клоэрти. Это идеал, женщина – венчурный капиталист. Она стояла у истоков венчурных фондов, работала в строительстве, создала центр финансовой помощи в Москве.

На вопрос, где я живу, и по времени, и по тому количеству проектов, которое мы рассматриваем, мне очень сложно сейчас ответить. Как мне кажется, я провожу одинаковое количество времени и в Долине, и в России. А по-другому и не получается, потому что то, что мы строим, то, что еще никто не создавал - это реальная связка двух миров, двух бизнесов, двух культур. Мне всегда хотелось, чтобы эти две великие державы каким-то образом вместе сделали то, что нужно миру. Мы сейчас говорим не о политике – этим занимаются другие люди, но мы работаем с предпринимателями, и я знаю, что если, к примеру, компания должна быть построена в России, однако рынок у нее сейчас больше развит в США или в Европе, то нужно давать доступ этой компании к этим рынкам. В результате та структура, которую мы создаем, будет нужна всем, потому что она дает те ресурсы, которых нет у российского предпринимателя, и при этом у американских бизнесменов тоже появляется выбор! Должна быть одна управляющая компания, которая имеет доступ ко всему и дает доступ к ресурсам разных стран – и это уникально.

Создание фонда

Я была противником объявлять о фонде до того, как мы начали работать. Для меня фонд состоялся, когда мы провели инвестиции в портфельные компании. С этой точки зрения мне до сих пор некомфортно говорить, что фонд работает. Все, что могу сказать сегодня, это то, что прошел наблюдательный совет РОСНАНО, и фонд ими одобрен. Партнерство, созданное в 2007 году между ВТБ капиталом и компанией Draper Fisher Jurvetson, изначально создавалось на долгие годы и является стратегическим. Это значит, что мы будем изучать совместные рынки, и определим, в какой форме это сотрудничество имеет больший смысл. Поэтому когда у ВТБ появился первый федеральный фонд РВК, то группа DFJ-VTB Aurora участвовала в нем, не скажу: «наблюдателем», конечно, «участником процесса», но к выбору инвестиционных компаний мы отношение не имели. На данном этапе мы можем помочь работать ВТБ капиталу и с портфельными компаниями (помогать искать рынки сбыта), и участвовать в отборе новых проектов, то есть это больше, чем стратегическое партнерство. И ранее речь всегда шла о том, что у нас будет несколько фондов и о том, что мимо корпорации РОСНАНО пройти было нельзя.

Это один из самых больших инновационных центров, они очень агрессивно вышли на все мировые рынки, и поэтому DFJ как один из ведущих фондов, и уже имеющий партнерство с ВТБ, предложил новую сцепку, новый альянс. Мы договорились, раз ВТБ и DFJ уже работали в плане поиска и оценке инвестиционных проектов, то генеральным партнером должна быть совместная команда, а РОСНАНО выступает инвестором в этот фонд. И при этом, как вы знаете, инвесторы не участвуют в управлении фондами, решения принимает только команда фонда, однако мы очень рады, что РОСНАНО желает быть активным участником процесса. Что это значит? Это значит, что они предлагают нам доступ к «своей стихии», которая у них необыкновенно широка и глубока: они работают и с учеными, и с предпринимателями, и с производственными центрами. Поэтому когда от госкорпорации последовало предложение об участии в оценке и отборе компаний (это было и в их интересах, так как существует потребность у госкорпорации, чтобы средства были направлены на проекты, которые имеют отношения к нанотехнологиям), мы были только рады новому партнерству. Именно с этой точки зрения Роснано для нас, в первую очередь, партнеры, и не воспользоваться их ресурсами было бы просто неразумно.

ВТБ капитал предоставляет ресурсы по поводу оценки качества российских команд и самого российского рынка, потому что у ВТБ Капитал кроме венчурной группы есть и «research-группа» и «cover». Мы имеем доступ ко всем ресурсам ВТБ. Не нужно забывать, что это банк инвестиционный, они могут заниматься и IPO, и упаковывать компании. В новом фонде многое будет зависеть от команды, потому что команда получила название DFJ-VTB Aurora. Именно команда управляющих должна смотреть на то, как привлечь и расширить инвестиционный капитал и как расширить рынки. С этой точки зрения это будет классический венчурный фонд.

АI: Чем наш фонд будет отличаться от остальных?

Мы хотим сделать две сильные головы, вернее, голова будет одна – управляющая компания, но два очень сильных центра, которые будут равнозначны. Тот опыт, который я получила за последние два года работы на российском рынке, и тот факт, что законодательно здесь большого простора для деятельности фонда нет, а есть определенные формулы, которым придется учиться, привели к выводу, что российская часть фонда будет той структурой, которая возможна в российской действительности. Но не каждый зарубежный инвестор в такую схему может вписаться. Поэтому мы и предлагаем два центра: оффшорный и российский, но при этом управляться они будут одной управляющей компанией.

АI: Будут ли входить в управляющую компанию представители России?

Да, будут. И РОСНАНО обязательно! Мы приветствуем их представителей на всех этапах

процесса. Есть отборочные компании, есть инвестиционное решение. Очень важно, чтобы портфельные компании, после того, как они получили инвестиции, продолжали оставаться в диалоге с инвестором, поэтому управляющие директора фонда будут заниматься компаниями и до того, и после того, как те получили деньги. В этом плане было бы правильно иметь доступ к экспертам из разных областей, чтобы компаниями можно было заниматься с той самой группой экспертов. Нельзя быть специалистом во всех отраслях, и по соглашению с компанией мы будем привлекать людей. В мире у каждого фонда есть список «друзей» фонда – это и база данных для IPO, которые раньше были, и база специалистов маркетинга. Такую экосистему фонда мы будем создавать и в России. Естественно, представители РОСНАНО должны быть в этой экосистеме как, впрочем, и научные центры. Чем больше людей будет в экосистеме, тем более качественные портфельные компании у нас в результате возникнут. Тем больше пользы мы принесем своим предпринимателям, которые входят в наши портфели, потому что на данном этапе многие предприниматели не заинтересованы просто в деньгах – они спрашивают: «А что еще вы можете сделать?» Ответ: «Мы имеем возможности приглашать специалистов, которые на разных этапах развития компании могут сыграть свою роль».

АI: считается, что американский рынок не очень жалует российский, не особо стремится к взаимодействию с государственными структурами, которыми, к примеру, являются ВТБ и РОСНАНО.

Почему принято решение войти в этот проект? Вопрос сложный. Что движет инвестором?

Желание заработать денег. Может, это звучит и тривиально. На каждую проведенную инвестицию до принятия решения у инвестора в голове есть несколько вопросов: как купить подешевле, а продать подороже. Уж так сложилось, что за последнее время было заявлено немного российских технологических компаний, достойных мирового рынка. Если бы мы сказали, что прошло несколько IPO, и вместо 3-4 компаний, которые сейчас у всех на устах, назвали бы 20 компаний, то многие инвесторы сказали бы, что можно идти в Россию, потому что там можно заработать денег. Все фонды работают по-разному – у каждого своя специализация: кто-то специализируется на местных сделках, кто-то говорит, что верит в построение отдельного инновационного центра с ноля и т.д. DFJ с самого начала создавал такую систему, где был доступ к мировым ресурсам, и в результате, когда весь технологический рынок обваливался (в результате коллапса в 2000 году), выдержали это немногие. DFJ – один из них, и в большой степени потому, что свои инвестиции выстроил за пределами Америки. И возврат денег инвесторам произошел из таких неожиданных мест, как например, Китай. Если смотреть на карту мира, на которой мы представлены, то Россия была не задействована, однако именно после 2000 года и событий, тогда произошедших, ответ на вопрос, где зарабатывать деньги инвестором – вне Америки. Плюс все мы знаем, что технологический потенциал в России очень высок, и несколько компаний технологических, которые появляются и напоминают о себе – все это повлияло на принятие решения. Потенциал есть, другой вопрос – когда эти несколько компаний выстрелят в России, чтобы то, что мы с вами все знаем, что Россия – это гениальное место, где много гениальных изобретателей и потенциал необыкновенен, стало понятным всему миру. Пока же по разным причинам Россия в мировую «тусовку» не вписалась. Для DFJ решение было простым: Россия должна быть частью этой системы, другое дело, что будет дальше. Мы будем делать все, что можем. Я как раз надеюсь, что с нашей помощью эти самые выстрелы прозвучат, и несколько российских компаний станут в ряд с такими известными компаниями, как «Майкрософт», «Хьюлит Пакарт» и т.д.

Выстрел Авроры

Мы долго выбирали для фонда имя. Это был сложный вопрос, чтобы и звучало хорошо по-русски, и было узнаваемым за рубежом. И однажды, в одном интервью, журналист сказал: «Аврора – ведь это революции!» Я действительно об этом не думала – решение было принято коллегиально и на уровне ВТБ и DFJ. Хотя, возможно, это и здорово! Мы, по крайней мере, будем делать все, а о результатах будете судить, когда компании выстрелят.

АI: правильно ли я понимаю, что проекты, в которые будут инвестироваться деньги, станут международными? то есть, нацелены будут именно на зарубежные рынки?

Нет. Мы хотим работать с талантливыми предпринимателями, и там, где предприниматель живет, там и стоит ему помогать. Если в России – значит, в России, если рынок американский, а создается компания в России – значит, будем помогать двигаться на американский рынок. А если нужно и то, и другое – будем делать все. Но для каждой компании будет индивидуальный подход к этому вопросу – именно поэтому и создано два центра, чтобы у нас была свобода работать с талантливыми предпринимателями.

Неправильно то, что талантливые компании просто уходят за рубеж, необходимо создать два равных центра (для этого оффшорная часть и создавалась), мы хотим иметь все ресурсы, для того, чтобы талантливая компания к нам пришла. Российский рынок – это российский рынок, зарубежный – зарубежный. Некоторым, к примеру, необходимо производство на Тайване, а часть работ проводить в России. А рынок, нравится нам это или нет, пока не в России – он в Европе, в Штатах и в некоторых азиатских странах. Каким ресурсом нужно обладать фонду, чтобы провести это все?! Планка у нас серьезная – создать эти ресурсы, чтобы делать все! Будем пробовать!

Юридическая основа для работы

В этом у нас накоплен уникальный опыт. Мы, наверное, единственный зарубежный фонд, который изучил всю систему. Мы наблюдаем, как работает первый фонд РВК. К сожалению, работаем с тем, что есть, и если это единственная доступная нам форма, значит, мы работаем в ее рамках. Но ограничивает ли нам это свободу для выбора действительно интересных компаний? Да, поэтому нужно совершенствовать формулу работы. И здесь мы готовы сотрудничать с российскими экспертами, которые видят сложности и готовы что-то менять. В управлении ВТБ специалисты высочайшего класса, и они всегда могут рекомендовать, что и как можно улучшить. И без этого дополнения существенную пользу окажет наличие оффшорного центра, где можно быстро принимать решения. Это тот самый компромисс, который мы нашли. Однако наш интерес – российские компании, поэтому мы не хотели все делать в оффшоре.

Взаимодействие с РОСНАНО

Корпорация станет активным участником процесса подбора проектов, но участвовать во всех процессах – нет, потому, что сделки приходят отовсюду, и чем больше их приходит – тем больше шанс найти из этого обилия проектов наилучшие. РОСНАНО будет участвовать: помогать нам в определении проектов (по направленности). Однако мы не хотим быть фондом, который занимается только одним направлением.

Деятельность и размер фонда

Я могу комментировать только те проекты, которые состоялись. На сегодня одобрено 100 миллионов. Мы это называем первой частью закрытия. Каким будет фонд? Мне лично не хотелось бы, чтобы он стал больше 150 миллионов. Я верю в то, что нужно начинать с маленького, добиваться каких-то результатов, а потом уже двигаться дальше. 100 миллионов – они объявлены. А развитие и жизнь фонда – это обычно 8-10 лет. Когда произойдет второе закрытие – посмотрим, что есть на рынке.

Количество компаний

Я считаю, что «один управляющий директор не может сидеть больше, чем на 5 советах директоров», для того, чтобы реально этими компаниями заниматься. Исходя из этого, если будет двое партнеров – будет 10 компаний, трое – 15 и т.д. Но я не верю в то, что один человек инвестирует, второй смотрит, что будет, а третий продает. Я считаю, что если инвестиционное решение принято, то эти же люди должны участвовать в жизни компании, и ее выход тоже должны делать те же самые люди. Исходя из подбора партнеров, мы ожидаем порядка 10 компаний.

Это только начало. Проделана огромная работа. Процесс сложный, безумно интересный, но схожий, наверное, с подъемом на Эверест. Но я вижу вершину, у меня есть «оборудование», которое позволит туда дойти, но идти можно только в связке. Я считаю, что венчурный капитал – это очень важный элемент экосистемы инновационной, но не единственный. Венчурные фонды не выживут в России, если не будет экосистемы. Сюда входят и предприниматели, без которых не бывает никаких фондов, и образовательные центры – университеты, институты, потому что должен быть постоянный приток талантливой молодежи, особого типа людей, которые потом объединяются в компании. Должна быть и сильная корпоративная поддержка. Очень важно, чтобы и государство с одной стороны поддерживало, а с другой стороны – не сильно мешало! И главное, чтобы

профессионалы, которые на этом инновационном поле работают, относились друг к другу бережно. В принципе мы все делаем одно и то же большое дело. И как инвестор я хочу чтобы появились компании, которые станут игроками на глобальном рынке, а это можно сделать только тогда, когда все участники процесса будут взаимодействовать. РОСНАНО – великий центр, но есть еще и РВК, которая сделала многое, чтобы начать этот процесс, и фонды, которые были созданы, уже инвестируют. И мероприятия, которые проводятся – конкурсы инноваций, семинары в университетах, обмены мнениями. Все идет правильным путем. А инвестиционные фонды, которые появятся, должны сотрудничать между собой. Все сейчас в процессе создания. И чем больше люди будут друг с другом общаться – тем будет лучше! [A I]


Возврат к списку>>>>

Рекламные партнеры

 
© ANGELINVESTOR 2009
Создание сайтов:
Burbon.ru